Українська
Русский
RSSСергей Мищенко: «Мы еще не доросли до того, чтобы ликвидировать прокуратуру как орган, осуществляющий надзор».
- Вслед за законом о судоустройстве и статусе судей Кабмин обещает удивить нас реформой прокуратуры. С Вашей точки зрения, какую необходимо взять за основу модель: российскую или европейскую?
- Нельзя брать какую-то модель, потому что наша правоохранительная система и законодательная база отличается как от российской, так и от европейской. Это все равно, что взять ветку одного дерева, привить к другому, а потом ждать - приживется или нет. Я бы этого не делал. Нам необходимо внимательно подумать: а что же мы хотим от прокуратуры получить в результате реформы? На мой взгляд, есть несколько путей. Один из них заключается в том, чтобы прокуратуре оставить только такую функцию, как поддержание государственного обвинения в судах. И чтобы больше она ничем не занималась.
К сожалению, учитывая беспредел наших правоохранительных органов, которые проводят дознание и ведут следствие, необходимо оставить хоть одну государственную структуру, которая все-таки осуществляла бы надзор за соблюдением законов. Мы еще не доросли до того, чтобы ликвидировать прокуратуру как орган, осуществляющий надзор.
- В России в результате реформы прокуратура утратила часть полномочий. В частности, была лишена права согласования на возбуждение уголовного дела. Что будет, если у нас произойдет нечто подобное?
- Это будет не большая потеря, потому что надзор за следствием все равно должен осуществляться. Главное - чтобы можно было опротестовать постановление о возбуждении уголовного дела через суд. Не обязательно его согласовывать с прокуратурой, принципиально важно, чтобы дело было возбуждено объективно. Тогда прокурор, который надзирает за органами, проводящими расследование, может затребовать это дело, изучить его и дать свое заключение. И если оно возбуждено незаконно, то прокурор сам может опротестовать постановление следователя, либо обратиться в суд.
Конечно, если милиции, СБУ, налоговой дать возможность возбуждать уголовные дела и никак не контролировать этот процесс, то таких дел будут тысячи. И не исключено, что среди них будут «заказные». Если прокурор не сможет вмешаться и опротестовать, то зачем вообще нужен прокурорский надзор? Чтобы сказать, что уголовное дело неправильно возбудили? Нужен механизм, который бы позволял отменять незаконные постановления.
- В прошлом году уже принимался в первом чтении проект Закона «О прокуратуре». А потом его раскритиковала Венецианская комиссия. Почему?
- Венецианская комиссия хочет видеть в Украине европейскую модель прокуратуры. То есть упразднить ее в том виде, в котором она есть сейчас. И создать при Министерстве юстиции управление, которое бы занималось поддержанием обвинения в судах. При этом прокуратура лишится следствия, надзора за соблюдением законов и т.д.
- А что Вы бы поменяли в работе прокуратуры?
- Честно говоря, я бы оставил все как есть, пока мы действительно не придем к демократическим ценностям. Кто сможет подать иск в защиту пенсионера, малообеспеченного человека или в интересах государства, если у прокуратуры не будет таких функций? Никто. Зачем государственному органу платить пошлину, если он хочет вернуть то, что было украдено у государства? Прокуратура подает такой иск бесплатно. Или, например, что делать малообеспеченному гражданину, у которого олигарх забрал участок земли? Самому судиться с олигархом?
- Что-то не припомню ни одного случая, когда прокурор защищал граждан от олигархов. Можете назвать какой-нибудь пример?
- Случаев, когда прокуратура защищает интересы граждан и судится с бизнесменами, тысячи. Знаете трассу, которая ведет к аэропорту Борисполь? Видели пикеты?
- Видела. И не только я. Думаю, что работники прокуратуры мимо них благополучно проезжали не один месяц.
- Прокуратура Бориспольского района подала иски в суд. В 98% случаев граждане уже вернули свои земельные участки. Можете поехать и сами спросить их об этом.
Кроме того, было возбуждено уголовное дело по судье Корнийцу, который принимал решения о том, чтобы забрать для бизнесменов землю. Он сейчас в бегах.
Представьте себе ситуацию. Люди еще в 1996 году получили государственные акты о праве собственности на землю. Бизнесмены договорились с судьей, чтобы он вынес решение о том, что земля принадлежит им. И он выносит решение. Бизнесмены получают новые акты, забирают у людей землю и ограждают ее забором. А документы, которые селяне получали еще в 1996 году, признаются недействительными. Вот такой рейдерский захват.
Если Вы направите в Генеральную прокуратуру запрос, то сможете узнать, сколько исков было выиграно в интересах граждан. Я говорил неоднократно, что очень большая ошибка органов прокуратуры в том, что в средства массовой информации не идет никакой позитив. Люди видят только негатив. Человек уже так настроен на власть в нашей стране, что не хочет слышать ничего хорошего о правоохранительных органах. Он хочет их развалить, всех уничтожить, доказать, что там работают только взяточники.
Да и для журналиста позитив – это всегда плохо, а негатив – хорошо. На этом делают сенсации и выстраивают рейтинги. Например, недавно по СТБ показали сюжет о том, что в Конче-Заспе у людей забирают последний пляж. И якобы на этом месте строят дачи Омельченко, Азаров, Ярошенко и депутат от БЮТ… Мищенко. Я позвонил автору сюжета и поинтересовался: «А Вы можете назвать полное имя и отчество господина Мищенко? Он ответил: «Нет. Но инициалы точно С. Г.». А ведь отчество может быть не только Григорьевич, но и Геннадьевич, и Георгиевич. Мы поехали на место, собрали местных жителей, пообщались. Но чтобы узнать точно, кто же забрал у людей пляж под строительство частных коттеджей, я обратился с депутатским запросом к Генеральному прокурору.
- Если честно, я тоже слышала об этом строительстве. Ответ из прокуратуры Вы уже получили?
- Ответа пока не было. Но негативную информацию обо мне Вы запомнили, хотя сюжет был в эфире только раз.
- Сергей Григорьевич, в последнем законопроекте «О прокуратуре» рассматривалась идея о введении должности специального прокурора, который бы имел отдельный офис и занимался расследованием наиболее резонансных преступлений. Сможет ли быть независимым такой прокурор?
- Я против введения должности специального прокурора. Нужно создавать Бюро расследований, как принято во всем мире. И тогда убирать следствие из органов прокуратуры. Конечно, на создание такого Бюро необходимы большие деньги, поэтому сейчас этого никто делать не будет. Но к этому мы рано или поздно придем. Я считаю, что тот орган, который ведет дознание и раскрывает преступление, не может его расследовать. Потому что есть масса случаев, когда следствие прикрывает дознание, а невинного человека привлекают к ответственности за совершение тяжкого преступления, в том числе, за убийство. И это сегодня реальная проблема. Поэтому должен быть независимый орган, который бы надзирал за следствием, такой, как прокуратура.
- Но предполагалось, что специальный прокурор сможет возбуждать уголовные дела против первых лиц государства…
- Если это будет человек от власти, он не сможет быть независимым, поэтому уголовных дел против первых лиц тоже не будет.
- Сегодня в парламенте находится законопроект о создании Национального бюро расследований, которое бы занималось вопросами коррупции в высших эшелонах власти. Некоторые эксперты предлагают создать специальный следственный комитет при Генеральной прокуратуре, которому передать такие полномочия. Как Вы считаете, стоит ли создавать независимое Антикоррупционное бюро или все-таки достаточно выделить отдельный следственный комитет при Генпрокуратуре?
- Если орган занимается дознанием, то он не может надзирать за следствием и представлять обвинение в судах. Одни должны раскрывать, другие расследовать, третьи – надзирать и поддерживать обвинение. К сожалению, сегодня у нас происходит дубляж. У нас орган прокуратуры занимается и следствием, и раскрытием преступлений, и надзором, и поддержанием обвинения. Прокуратура не должна раскрывать преступление, но, осуществляя общий надзор, она именно это и делает. При проверке прокурор возбуждает дело. Это же завуалированное, но дознание. Потом прокуратура проводит следствие. Сама же за ним надзирает. Как и органы милиции и СБУ, которые раскрывают и сами же расследуют это преступление. Такого быть не должно.
Например, в США и Германии четко установлено, что одни органы выявляют преступления, другие расследуют, третьи надзирают и т.д. Тогда нет пересечения интересов служб. Поэтому я считаю, что Антикоррупционное бюро должно быть независимым органом, который не входит в состав прокуратуры.
- Если оно будет создано, прокуратура должна надзирать за расследованием уголовных дел, которые будут возбуждаться этим Бюро?
- Прокуратура обязательно должна надзирать за следствием. Иначе следственные органы будут творить, что захотят, и мы породим монстра.
- Но предполагается, что эта структура получит самые широкие полномочия и полную независимость…
- Давайте дадим сейчас милиции или СБУ широкие полномочия. И разрешим им проводить следствие без надзора со стороны прокуратуры. Тогда они «развяжутся» так, что у нас все тюрьмы будут переполнены. За 18 месяцев, которые человек по закону может находиться в СИЗО, из любого выбьют признательные показания. Прокуратура – единственный орган, который может их вовремя остановить и пресечь все незаконные действия.
Беседовала Татьяна Бодня
Версія для друку| Tweet |